Москва растёт на глазах, удивительные перемены коснулись и городской фауны. Энтузиасты-орнитологи диву даются, как изменился видовой состав пернатых. Утверждают, что в городе уже видели хищников из тундры, а обитатели подмосковных лесов перешли границу и теснят городских голубей и ворон.
«Каждый день птицы борются за свою жизнь. В течение светового дня ей нужно съесть столько корма, чтобы дожить до следующего утра», — рассказывает президент клуба спортивных орнитологов «Птицы и люди» Вадим Авданин.
Борьба за завтрашний день у городской птицы довольно проста: помотает головой — увидит кормушку, помашет крыльями — найдёт мусорку. Завидев лёгкую жизнь, зимой слетаются мигранты. Из северных областей. Привычного голубя на московской ветке теснят в итоге ещё десятки других птиц: свиристели, чечётки, щуры, корольки, крапивники, зорянки и даже хищник из тундры — мохноногий канюк — прилетает и создаёт неловкое положение. В тесноте все и в обиде. Зато сыты.
«Нам кажется: вот, они летят, окружают наш город. Ничего подобного. Город расширяется, вторгается в их жизненное пространство. Они осваивают эту территорию. Не страшно, оказывается», — считает кандидат биологических наук, автор и ведущий программы «Диалоги о животных» Иван Затевахин.
Измайловский парк — место, где один посетитель с семечками кормит с десяток синичек, а один кусок сала заменяет с десяток посетителей. И ещё с неделю заменять будет. Пернатые фраки снуют от веток к кормушкам. На них смотрят, восторгаясь.
«Рядом ходят поезда метро — а тут на дереве дятел! Такой красивый! Так долбил! Народу возле него скопилось — ужас!» — рассказывает посетительница парка.
Выпотрошенные половинки грейпфрута, либо кокоса — лучшие фрукты в ситуации, когда надо отпугнуть голубей от корма для синичек.
«Голуби не любят, когда под ними качается опора. Птицы доедят мякоть, которая осталась там, а кроме этого мы сюда насыплем семечек, и птицы этим с удовольствием воспользуются», — говорит Вадим Авданин.
Серебряный бор. Здесь есть вышка, с которой наблюдают за птицами. Если приглядеться, можно увидеть дятла. Если приглядеться похуже — ворон.
Энтузиасты-орнитологи пришли к незамерзающей Москве-реке. И привели с собой экскурсантов. Уверяют, что обычно их больше. Хотели только посмотреть на крякв. А в бинокле маячат чайки и северные утки. В столице они пролётом.
«Бакланов мы здесь не видели, но бывают крахоли. Это рыбоедные утки. Они вообще характерны для севера России. То есть летели они на юг, увидели открытую воду, на которой сидят утки, сели сами, стали здесь рядом с ними жить и кормиться, и решили здесь перезимовать», — объясняет биолог-натуралист Алексей Юрьев.
Синантропизация — так называется процесс, когда дикие животные привыкают к городской среде и, соответственно, к человеку. Но не все. Например, утки к людям льнут не от любви. Наоборот — из страха.
«Так безопаснее. При большом скоплении народу их с меньшей вероятностью съедят бомжи, собаки», — утверждает член Союза охраны птиц России Виталий Никулин.
В Москве много мигрантов, но к пернатым не придерёшься. Людей не теснят, надолго не задерживаются, и вообще они к лицу городу. Украшают его парки, берега, свалки и провода. А вслед за птицами пейзаж дополнят и лесные животные. Они тоже начинают осваивать московские окраины. Тогда и человеку придётся потесниться на тропинке, как голубю — на ветке.
http://www.mosinform.ru
Меню
